Как прошла внезапная и очень экстравагантная свадьба Лины Данэм

Известная актриса, писательница и режиссер на днях вышла за британского музыканта с перуанскими корнями Луиса Фелбера, сменив за время торжества три кастомизированных платья Christopher Kane «Лу, расскажи, как мы решили пожениться?» — через полкомнаты кричит Лина Данэм, обращаясь к своему уже три дня как законному супругу. Дело происходит в английском графстве Сомерсет — там молодожены решили скоротать свой медовый месяц после свадьбы, которая прошла в прошлую субботу в Лондоне. Лу — он же британский музыкант перуанского происхождения Луис Фелбер, выступающий под псевдонимом Attawalpa, — отрывается от приготовления ужина (вегетарианская паста с имбирем, чесноком, луком и мелко порубленной тыквой, которую «шеф» намерен подать с салатом из крошечных зеленых слив и фенхеля с заправкой из агавы), чтобы поучаствовать в беседе. «Ну, ты неважно себя чувствовала, я приехал в больницу тебя навестить и задержался дольше положенного. Я все думал — эта история с твоей болезнью поселила во мне странное ощущение. На следующий день ты вернулась, мы лежали в кровати, и я сказал: «Не хочу, чтобы ты впредь проходила через это в одиночку», а ты в ответ: «Я бы хотела выйти за тебя однажды». А я: «Почему бы этому однажды не настать в самое ближайшее время?» Днем позже я отправился гулять со своим другом Томом, он всю дорогу болтал о своей жизни, и вдруг я говорю: «Кажется, прошлой ночью я сделал Лине предложение». Оказавшись дома, я довел дело до конца». «Ему эта история удается лучше, чем мне», — признается Данэм, то, как она счастлива, чувствуется даже сквозь тысячи километров трансатлантического звонка. Пара познакомилась в прошлом январе. 35-летняя актриса, писательница и режиссер считает эту встречу «результатом серийных махинаций» их общих друзей. Знакомство переросло в бурный роман, роман — в стремительную помолвку, помолвка — в импровизированную свадьбу в Union Club в лондонском Сохо. Невеста Лина сменила три великолепных платья Christopher Kane, сшитых специально для торжества. «Я пыталась проанализировать случившееся, мы ведь вроде бы это обсуждали, не напрямую, но все ходили вокруг да около, — говорит Данэм о предложении Фелбера. — Некоторые люди тратят на это лет по десять. Мы же сократили все до десяти часов. А свадьбу сыграли всего через месяц, не выжидая полгода или год». Лина и Луис (оба сейчас работают над очень крутыми творческими проектами — она монтирует фильм, а он пишет к этому фильму музыку) прекрасно понимали, что спланировать свадьбу за месяц, да еще и в условиях пандемии, будет нелегко. Поэтому решили вызвать подкрепление. «Устроить все без сторонней помощи было бы просто нереально. Моя мама посоветовала нам обратиться к дочке ее галеристки Аманды Уилкинсон Донне», — делится Данэм. Организаторы мероприятий Донна Маркус Дьюк и ее партнер Джейкоб Маллинсон Бирд никогда прежде не занимались свадьбами, но были готовы принять вызов. Надо сказать, довольно непростой — в частности, из-за ограничений передвижений, связанных с коронавирусом. «Бедняги Джейкоб и Донна намучились с приглашениями — народ то и дело выпадал из списка», — рассказывает Лина, добавляя, что некоторые из ее и так порядочно урезанного гест-листа вынуждены были пропустить праздник, потому что в последний момент подхватили вирус. «Знаете, когда кто-то из гостей сообщает, что заболел и поэтому не приедет, в очередной раз убеждаешься, что пандемия еще не закончилась, а значит, к мерам предосторожности следует отнестись серьезно». Данэм и Фелбер поставили безопасность в приоритет: всем присутствующим надлежало предоставить сертификат о вакцинации и вдобавок к этому пройти по два экспресс-теста на COVID-19. «Мой иммунитет оставляет желать лучшего, поэтому я тщательно соблюдаю все правила, — объясняет Лина. — И это важно для нас обоих. Лу мечтает о возвращении живой музыки, но, конечно, хочет, чтобы я была здорова. Он вообще всегда беспокоится о безопасности окружающих». Также на свадьбе в любой момент можно было взять новую маску, а их использование позволило обеспечить разумную дистанцию между гостями. Подход комплексный. В клуб «самых приближенных» Данэм включила 60 человек, которые могли присутствовать на обмене клятвами (жених и невеста написали их сами и произносили под рукотворной хупой работы флориста Гейл Смит). «Эти голубые розы из магазина за углом мы показали Донне первым делом, и ребята такие: «А что, если бы вам не нужно было красить цветы?» — рассказывает Лина («Нам тут же стало ясно, что намечается свадьба без единой белой розы», — смеется Дьюк). «Нас познакомили с Гейл, которая вообще-то работает исключительно с местными английскими растениями. Узнав, что мы без ума от ярких кислотных цветов, она умудрилась объединить одно с другим и поразила нас в самое сердце». Хупа — традиционный алтарь на еврейской свадьбе — стала одним из целого ряда духовных элементов, которые ребята хотели задействовать (у Лины мама еврейка, у Луиса папа еврей). Дьюк, в свое время изучавшая теологию в Оксфорде, свела их с доктором Харри Седар, которая помогла вписать традиции в современность. «Я влюбился в нее, как только увидел» — так Фелбер отзывается о Седар, квир-женщине, руководившей всеми традиционными обрядами. Брачующиеся должны были обойти вокруг друг друга три раза, выпить вина из одной чаши и разбить бокал в знак окончания церемонии. «Лу говорил на очаровательном иврите с испанским акцентом, отчего все просто лопались со смеху», — говорит Данэм. Гости наблюдали церемонию вживую и по Zoom'у — специально для друзей из Нью-Йорка, Лос-Анджелеса, а также для родных Луиса в Перу организовали прямую трансляцию. Очевидно, что Данэм и Фелбер (на нем, кстати, был синий замшевый костюм, который Эмили Боде создала специально к свадьбе) в восторге друг от друга. «Если говорить о девичнике, нас там было девять, включая всех сестер. Знаю, бывают свадьбы в разы пышнее с куда меньшим количеством подружек невесты, но для меня это было важно. Это говорит лишь о том, как я рада оказаться в окружении самых близких друзей». В числе подружек были Тейлор Свифт, актриса Микаэла Херрольд, Роза Меркуриадис, Томми Дорфман, ее кузина Дженна Халли Рубинштейн, сестра Луиса Альма-Кори Фелбер и коллега Лины по подкасту Алисса Беннет, которая прилетела только на выходные, захватив для подруги вещицу «взятую взаймы» — солдатика из набора Lego своего сына Олли. «За время пандемии я столько часов провела в FaceTime'е, рассказывая подругам о своих переживаниях. Но некоторых из них я не видела больше года, — говорит Данэм. — И знаете, моим девчонкам приходилось иметь дело со мной в не самые счастливые периоды взрослой жизни, так что весь этот праздник в честь большого счастья, который к тому же стал веским поводом собраться вместе, — совершенно особенное событие». У меня так много прекрасных подруг, еще есть сестра Лу, а у Лу — его шафер и лучшая подруга. Кристофер великодушно согласился нарядить всех моих девчонок, которым удалось добраться до Англии — команда небольшая, но очень крепкая. Они готовились к торжеству в комплектах The Vampire's Wife, а потом переоделись в платья Christopher Kane. Зеленая пижама на мне — марки Sleeper, а подвязка была изготовлена на заказ дизайнером Келси Рэндалл. Мы с девчонками так громко болтали, пока собирались, а Лу с друзьями в соседней комнате, наоборот, вели себя очень тихо. В какой-то момент лучшая подруга Лу Эмма Читти (связующее звено между нами) тайно протащила к ним блюдо с вяленым мясом. Прическу мне делал Кен О’Рурк, а Аманда Гроссман заведовала макияжем. Я работаю с ними со времен своего самого первого визита в Лондон в 2012-м (то был промотур сериала «Девочки»). В каждой поездке я непременно с ними встречалась, а с тех пор, как переехала сюда, стала видеть еще чаще. Знаменитый пес Кена — померанский шпиц по имени Барли — годами сопровождал меня на всех съемках, помогал успокоиться и поднимал настроение. В качестве референса по макияжу и прическе Кристофер выслал ребятам фото Клаудии Шиффер на показе Versace. Сияющий образ с кошачьими стрелками и пышными ресницами, и еще этот бант в ее волосах. В нем я была абсолютно уверена — бант на макушке мне очень хотелось. От себя я добавила отсылок к Патти Бойд (на их свадьбе с Джорджем Харрисоном) и еще к Шэрон Тейт. Ее свадебное платье однозначно было лучшим в истории. Моя мама (Лори Симмонс — на фото) и ее сестра — обе очень страстные и боевые особы. И раз уж свадьба проходила в живую с настоящими гостями, они никак не могли ее пропустить. Во время сборов Лу и его шафер (он же лучший друг и музыкальный соратник) Мэтт Алчин наполнили комнату ароматом пало санто. Выбранная нами площадка — Union Club — очень крутой закрытый клуб, расположенный на Greek Street в Сохо, который ко всему прочему отлично подходит для свадеб (как формально, так и эмоционально). Рассказывая о нем друзьям, я постоянно шутила, что это как Soho House, только оформлением занималась Мисс Хэвишем, хотя, это все равно не передаст его прелесть в полной мере. Сумочки подружек невесты — марки Susan Alexandra. Выбор самых подходящих для вечеринки опций и заказ мы поручили Томми Дорфман. И, знаете, она справилась на ура (кстати, заказ нарядов The Vampire's Wife тоже был на ней). Еще у всех были зажигалки с портретами нашей собаки Ингрид. На мне туфли Miu Miu — это выбор Кристофера. Он знает, что я не очень хорошо держусь на каблуках, поэтому предложил их со словами: «Miu Miu лучше всех, самые удобные и красивые, на небольшом каблучке». Эта брошь в виде буквы L — свадебный подарок Луису от его лучшей подруги Эммы Читти. Кен тут же вписал ее в образ. Я чуть не забыла обзавестись «чем-то старым», но мама меня выручила, принесла сразу два предмета, один из них — вот этот кулон. Он когда-то принадлежал моей прабабушке Регине Хайман и на самом деле был одной из пары сережек, которые мама носила в школьные годы в Риме. Вторую сережку она как-то потеряла и осталась только эта. Мама все думала, как бы использовать ее в качестве цепочки. У Кристофера на этот случай нашлась нитка из стразов — и вот что в итоге получилось. Сперва главным прототипом моего подвенечного платья были образы невест битлов. Потом мы пришли к чему-то среднему между Джун Картер Кэш, Присциллой Пресли и фильмом «Дочь шахтера». Кристофер смотрит на все это и говорит: «Выглядишь, будто ты на первом причастии, похожа на куклу Madame Alexander». И то, и другое мне очень по душе. Говоря о платьях подружек невесты, мы хотели добиться эффекта «свингующих шестидесятых» — серебристое плиссе, вайб танцовщицы go-go. Одна из девчонок дала всему этому отличное определение, заявив, что чувствует себя так, «будто в красивой обертке для капкейков». Согласно действующим в связи с пандемией правилам безопасности, моим родственникам, чтобы попасть в Великобританию, пришлось следовать определенному протоколу и регулярно тестироваться. Я ужасно переживала по этому поводу, но папа (Кэрролл Данэм — на фото), мама, брат и его партнер, мои тети Бонни и Сюзан, дядя Барт и кузина Дженна — все благополучно добрались до места. Это было для меня очень важно. Лина: Лу написал совершенно невероятные клятвы и много времени провел в канцелярском магазине. Луис: мне не хотелось, чтобы карточки перемешались! Поэтому я их все пронумеровал. Писал клятвы с удовольствием, а возможность произнести их на публике — это очень много для меня значит. Наш флорист Гейл Смит сделала потрясающую вещь: она попросила меня описать каждую подружку невесты парой прилагательных, после чего изготовила маленькие значки с этими прилагательными, прицепила их к букетам и предложила девчонкам угадать, где чей. На букете Михаэлы было написано «зуммер, томбой и крутышка». Я ношу обручальное кольцо на мизинце. Оно принадлежало бабушке Лу, ее звали Луиза Дельфина. Это перуанское инкское кольцо начала XVIII века — настоящая реликвия, так что увеличивать его размер было никак нельзя. Моя подруга Меган Фолсом владеет брендом The Guild, наши обручальные кольца создала его дизайнер Каролин Д'Аэрн. Это букет разноцветных сапфиров — мне хотелось нечто похожее на творения Паломы Пикассо для Tiffany & Co., что-то в духе 1990-х. В какой-то момент мы укрылись талитом (молитвенное облачение в иудаизме. — Прим. Vogue), и это было потрясающе — такой момент уединения перед толпой людей. А талит этот принадлежал нашему раввину. Моя бабушка умерла в 2016 году, еврейские традиции очень много для нее значили. Поэтому находиться в этот день в окружении моей семьи, моих теть — нечто особенное. Думаю, в сердце папы Лу это все тоже взбудоражило воспоминания, он не посещал в синагогу с детства. Обручальное кольцо Лу тоже носит на мизинце, так удобнее играть на гитаре. Мы черпали вдохновение в свадьбе Йоко Оно и Джона Леннона. И когда Джейкоб и Донна искали машины для церемонии, они нашли этот винтажный Роллс Ройс, хозяин которого разрисовал его точно так же, как был расписан Роллс Ройс Леннона. Хозяин автомобиля — потрясающий человек, вообще он ландшафтный дизайнер, но в свободное время любит разъезжать на своем «Роллс-Ройсе», как у Джона Леннона. Вот на его-то машине мы и уехали по завершении праздника. Моя подруга Яница Браво представила меня дизайнеру Эмили Боде, и она согласилась обсудить с нами по телефону костюм Лу. Он рассказал ей, что видит его в синем цвете, в итоге все так и вышло — костюм получился из синей замши. За вечер я переодевалась три раза, каждый из образов завершало украшение на голову. Сначала то была фата, потом — корона, которую для меня изготовила моя подруга Бека (давняя подруга Луиса, у нее свой бизнес под названием Dolecka Bridal). Она же придумала и ободок для финального лука. Для торжественного ужина я переоделась в длинное сатиновое платье с высоким горлом и рукавами с разрезами. Оно чуть более кремового оттенка чем то, в котором я была во время церемонии. Спереди на нем красуется это невероятное украшение, которое Кристофер представил в одной из своих коллекций пару лет назад. Одновременно роскошное и странноватое. Потрясающее сочетание. Церемония сразу перетекла в ужин. Мы рассадили гостей по двум залам, чтобы не пришлось сидеть друг у друга на головах. Вообще мы сняли все пространство, в том числе и уличное. Конечно, список гостей все время менялся, но в конце концов очень многим удалось к нам прийти. Люди из моей жизни, жизни Лу. Многие из них в тот день встретились впервые. На этом фото: Ханни Кини Росс и Отем де Уайлд. Тейлор Свифт, Джеррорд Кармайкл, Томми Дорфман. Третье платье стало сюрпризом. Признаться, я расплакалась, когда Кристофер принес его на финальную примерку. Те, кто следят за его творчеством, знают, что в течение последних нескольких лет он стал по-настоящему великолепным художником. Он написал наш с Лу портрет, который мы поместили на приглашения. Наши глаза и губы на нем расшиты блестками. Его же он перенес и на это потрясающее шелковое платье. Оно великолепно. И в нем мне было так весело, так удобно танцевать. А на спине он вывел наши имена, а также дату. И подписал авторство (моя любимая деталь). Лина: к концу вечера Луи надел мою сделанную на заказ подвязку на голову. Луис: Она отлично сочеталась с костюмом! Луис: В тот вечер все были с нами, никто не ушел, не прочувствовав те эмоции, которые мы сами испытывали. Никто и не хотел уходить! Я обожаю кондитерскую при книжном магазине London Review of Books. Их пекарь, Терри Гловер, подходит к своему делу очень литературно, по-духовному. Мы обратились к ней, даже не зная, занимается ли она свадебными тортами, а она рассказала нам, что ее любимое животное — это енот. И приготовила нам торт с двумя енотами. А еще с Конем БоДжеком, точнее с морским Конем БоДжеком. Еще был торт-камасутра с инжиром и разным вареньем, шоколадный торт с вишней, которую она сама консервировала. Терри настоящий маньяк. Всего у нас был один многоуровневый торт и шесть маленьких. Правда маленьких. Мы не пытались соревноваться c королевой Версаля. Лина: Группа, с которой Лу работал раньше и пригласил сыграть на нашем празднике, исполнила одну песню, чтобы пригласить всех гостей пройти в зал. Луис: Это были ребята из Бангладеш, Африки и с Кубы, участники разных лондонских бэндов. Они сыграли сет из десяти песен, которые мы с Линой пересылали друг другу, когда только познакомились. Эти песни многое для нас значат. Свой первый танец мы исполнили под This Will Be Our Year группы The Zombies. До сих пор крутится у меня в голове. Второй сет был такой афро-бит, замиксованный с кубинской музыкой. Такие мелодии заставляют людей идти в пляс лучше любого диджея. Раньше, когда друзья говорили мне, что хотят пережить день своей свадьбы вновь, я думала: «В вашей жизни что, ничего другого не происходит?». А теперь сама такая: «Хочу переживать этот день снова и снова всю свою жизнь». Луис: Лина пережила настоящую модную одиссею, а я рад, что мне удалось найти один прекрасный костюм, который верой и правдой прослужил мне всю ночь. В конце праздника я снял рубашку, оставил лишь пиджак, присоединился к группе на сцене и играл на гитаре, прижимая ее к обнаженной груди. Обычно, когда я возвращаюсь домой после какого-то мероприятия, то просто кидаю свои красивые платья на пол, это ужасно. До сих мама вынуждена напоминать мне, что с одеждой нужно обращаться бережно. Но эти платья… Вернувшись домой, я сложила их с такой заботой, как никогда ранее. Лина: Если бы мы обручились в иные времена и нам бы пришлось планировать церемонию год, а не месяц, мы бы сошли с ума. Луис: Нам просто хотелось закончить все побыстрее — и прожить вместе всю жизнь в любви и гармонии. Молодожены.